Американская фармацевтическая компания подаёт в суд за требования провести опыты на собаках

Россельхознадзор / Ввоз. Вывоз. Транзит

федеральная служба по ветеринарному и фитосанитарному надзору

Ввоз. Вывоз. Транзит

Инструкция: как путешествовать с животным за рубеж

Шаг №1. Прежде всего внимательно изучите ветеринарно-санитарные требования страны, которую планируете посетить

В некоторых странах есть ограничения на ввоз определённых животных: например, в Израиль нельзя ввозить бультерьеров, ротвейлеров и другие породы собак.

В большинстве стран запрещен ввоз собак, кошек и других домашних животных, не вакцинированных против бешенства.

Разрешается ввоз в страны Евросоюза собак, кошек, хорьков не достигших возраста 12 недель без проведения вакцинации при письменных гарантиях что животное не контактировало с дикими животными восприимчивыми к бешенству (Регламент (EU) 576/2013).

Обратите внимание, что требования стран могут меняться, поэтому каждый раз проверяйте их актуальность перед поездкой.

Если вы планируете посетить несколько стран или путешествуете транзитом, узнайте ветеринарно-санитарные требования всех государств, на территории которых вы будете находиться с животным.

Также важно позвонить в авиакомпанию, которую вы выбрали для путешествия, и узнать правила перевоза животных. На борт самолета принимают далеко не всех питомцев. Например, «Аэрофлот» не принимает к перевозкам ни в ручной клади, ни в багаже черепах, змей, морских свинок, бульдогов, мопсов и некоторые другие породы собак. Таких животных можно доставить в другую страну в качестве груза, то есть несопровождаемым багажом.

Шаг №2. Обратитесь в станцию по борьбе с болезнями животных (по фактическому месту содержания животного)

В станции по борьбе с болезнями животных (СББЖ) вашего питомца подготовят к поездке: сделают необходимые обработки, чипирование, вакцинацию и внесут большинство нужных отметок в международный ветеринарный паспорт. Получить ветеринарный паспорт установленного образца (пример заполненного документа) можно там же.

Чипирование

Первое, что нужно сделать для ввоза животного в большинство стран, – чипировать его. Ветеринарный врач вводит микрочип под кожу в область холки животного (безболезненная процедура) и вносит индивидуальный номер микрочипа в ветеринарный паспорт с указанием даты процедуры. Данные всех микрочипов заносятся в международную базу Animal-ID.

Как правило, микрочип должен соответствовать международным стандартам качества ISO11784/11785. В некоторых странах признаются другие стандарты.

Вакцинация против бешенства

Вакцинация против бешенства – еще одно обязательное требование для путешествия с животным за рубеж (вакцинация нужна и для поездок с животным по России). Эта прививка необходима собакам, кошкам, домашним хорькам, кроликам и другим плотоядным животным.

Даже если вы не планируете путешествие с домашним питомцем, вакцинацию против бешенства и других инфекций нужно проводить каждый год, если иное не предусмотрено в инструкции по применению препарата.

Обращаем ваше внимание, что дата введения вакцины против бешенства не должна предшествовать дате вживления чипа. Если животное уже было вакцинировано в текущем году, а чипирование сделано только сейчас, прививку от бешенства придется делать еще раз.

Для большинства стран вакцинацию нужно пройти не позже, чем за 21 день до пересечения границы. Это время нужно, чтобы в крови животного выработались антитела к вирусу бешенства. Для некоторых стран (например, для Израиля, Объединенных Арабских Эмиратов, Тайваня, Японии) кроме самой вакцинации потребуется сдавать тест на напряженность иммунитета к вирусу бешенства (следующий шаг). Тест проводят строго в аккредитованных центрах, сдать его в районной станции по борьбе с болезнями животных нельзя.

Другие вакцинации и обработки

Кроме вакцины против бешенства, животному нужно сделать другие прививки.

Собаки вакцинируются против чумы плотоядных, гепатита, парвовирусных инфекций и аденовирусных инфекций, лептоспироза (если не были обработаны с профилактической целью дегидрострептомицином или веществом, зарегистрированным в стране-экспортере, дающим эквивалентный эффект). Кошки – против панлейкопении. Хорьки – против чумы плотоядных, вирусного энтерита, псевдомоноза. Кролики – против миксоматоза и вирусной геморрагической болезни. Для птиц и других животных также существуют особые исследования и процедуры. Узнать о нужных вам процедурах необходимо заранее в консульстве той страны, в которую направляетесь вы и ваш питомец.

Также при ввозе в Финляндию, Ирландию, Мальта, Норвегию, а также относящийся к Соединенному королевству (Великобритании) регион Северная Ирландия, в станции по борьбе с болезнями животных необходимо провести обработку животного против эхинококкоза (ленточных червей Echinococcus multilocularis) с указанием в ветеринарном паспорте животного названия препарата и его производителя, даты и времени обработки. Обработка против эхинококкоза проводится не ранее 120 часов и не позднее 24 часов до ввоза животного на территорию Евросоюза.

Шаг №3. Сдайте тест на напряженность иммунитета животного к вирусу бешенства

Для выезда в страны Евросоюза, СНГ, Евразийского экономического союза и во многие другие страны это исследование вам не понадобится. Однако для посещения Объединенных Арабских Эмиратов, Тайваня, Японии, Израиля и некоторых других стран через 21 день после вакцинации животного от бешенства нужно сдать тест на присутствие в его крови антител к опасному вирусу.

Данное исследование проводится в аккредитованных лабораториях. Например, в Клинико-диагностическом центре подведомственного Россельхознадзору ФГБУ «ВГНКИ» (город Москва), ФГБУ «ВНИИЗЖ» (город Владимир) и в некоторых других центрах в Москве. Если вы живете в другом городе, вам понадобится отправить образец крови животного в один из аккредитованных центров для исследования.

Если вы планируете путешествие с питомцем в Японию или Тайвань, тест на напряженность иммунитета животного к вирусу бешенства можно сдать только в Клинико-диагностическом центре подведомственного Россельхознадзору ФГБУ «ВГНКИ».

Читайте также:  Американская короткошерстная кошка (фото): кошачий долгожитель

Результаты теста будут готовы через 5-14 дней – вы можете выбрать стандартное или экспресс-исследование.

Шаг №4. Оформите сопроводительные документы

Вакцинированному и подготовленному к поездке животному для пересечения границы заранее необходимо оформить только международный ветеринарный паспорт.

Если он отсутствует или животное перемещается не для личного пользования, а для продажи или передачи другому владельцу, перед поездкой необходимо оформить ветеринарное свидетельство формы №1. Свидетельство оформляется в районной Cтанции по борьбе с болезнями животных в информационной системе «Меркурий» и далее распечатывается на бумажном носителе.

Если животные перемещаются в страны СНГ ( Молдова, Таджикистан, Узбекистан, Туркмения), свидетельство оформляется также в районной станции по борьбе с болезнями животных в информационной системе «Меркурий» и далее распечатывается на бумажном носителе со степенями защиты (бланк строгой отчетности).

Если вы направляетесь в страны Евразийского экономического союза (Беларусь, Казахстан, Армения, Киргизия), вместо свидетельства оформляется ветеринарный сертификат Таможенного союза формы №1.

Свидетельство или Сертификат можно оформить за 5 дней до даты отправки животного.

Шаг №5. Пройдите ветеринарный контроль в аэропорту

Чтобы пройти ветеринарный контроль в аэропорту, вам понадобятся международный паспорт животного с данными о результатах всех вакцинаций и исследований или ветеринарное свидетельство формы №1 или ветеринарный сертификат Таможенного союза формы №1 при поездке в Беларусь, Казахстан, Армению и Киргизию.

Если вы путешествуете в страны СНГ, животному достаточно ветеринарного свидетельства формы №1 на всем маршруте следования.

При поездке в Беларусь, Казахстан, Армению и Киргизию достаточно ветеринарного сертификата Таможенного союза формы №1.

Если вы едете в Евросоюз, в аэропорту сотрудники Россельхознадзора оформят на ваше животное Евросправку. Если цель вашего назначения другая страна, то вам оформят ветеринарный сертификат формы 5а или ветеринарный сертификат согласованной формы между Россельхознадзором и ветеринарной службой страны-импортера.

При выезде в аэропорт заложите дополнительное время на прохождение этих процедур.

Если вы путешествуете на поезде или на машине, оформить сертификат формы 5а или Евросправку нужно заранее. В Москве это можно сделать в Клинико-диагностическом центре ФГБУ «ВГНКИ» или в кабинете Управления Россельхознадзора по Москве, Московской и Тульской областям. В других городах и регионах необходимо обратиться в территориальное управление Россельхознадзора.

Чтобы сократить время на получение документов, можно оформить ветеринарный сертификат (в том числе и Евросправку) онлайн в информационной системе Россельхознадзора eCert, а также удаленно записаться на прием для выдачи документа..

Когда нужно разрешение Россельхознадзора?

Вывезти постоянно проживающее с вами домашнее животное (собаку, кошку, хорька, кролика, попугая, хомячка и других, за некоторыми исключениями) можно без разрешения Россельхознадзора. Разрешение требуется, если вы везете животное для продажи.

Так же необходимо разрешение на вывоз, если животное вывозится без сопровождения владельцем.

Для оформления разрешения Вы можете воспользоваться автоматизированной системой Аргус предварительно ознакомившись с процедурой подключения и инструкцией по порядку оформления.

Возвращение домой

При возвращении в Россию не позднее, чем через 90 дней, вам достаточно предъявить в пункте пересечения границы или в аэропорту сертификат 5а, оформленный Россельхознадзором при вывозе животного, или международный ветеринарный паспорт.

В случае, если вы задержались за рубежом на срок свыше 90 дней, ввоз в Россию животного возможно осуществить в сопровождении международного паспорта, при условии наличия в нем отметки компетентного органа страны, из которой вы уезжаете, о проведении клинического осмотра питомца в течение четырнадцати дней перед отправкой.

Под отметкой компетентного органа подразумевается внесение в международный паспорт записи о проведении клинического осмотра с подтверждением, что животное здорово. Указанная запись должна быть завизирована подписью и печатью ветврача страны-экспортера, уполномоченного компетентным органом.

Вывоз экзотических и редких животных

Если ваш питомец входит в список CITES, разрешение на его вывоз необходимо получать в Росприроднадзоре. CITES – конвенция о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения. Здесь Вы найдете список животных (на латыни), для которых требуется разрешение СИТЕС.

Клинико-диагностический центр ФГБУ «ВГНКИ», где вы сможете провести указанные выше исследования и оформить справки, находится по адресу: г. Москва, 2-й Хорошевский проезд, д. 5, тел.: 8(495)941-23-30, 8(495)940-12-61).

Видеоинструкция: Как путешествовать с домашними животными за рубеж

Передел патента

По разным оценкам, на получение коммерческой версии продукта может уйти 10-15 лет, а из 10 тысяч разрабатываемых молекул успешными становятся всего 1-2. Это требует надежной патентной защиты, действующей в течение периода, за который инноваторы могут рассчитывать хотя бы частично вернуть инвестиции в разработку и клинические исследования новых лекарств. Средства, полученные в течение срока действия патентов, могут быть реинвестированы в создание новых продуктов. С другой стороны, потребители заинтересованы в повышении доступности лекарств, а производители препаратов-дженериков – в получении наибольшей выгоды при наименьших затратах. Иногда такая выгода может достигаться посредством выпуска на рынок дженерика еще до истечения патентной защиты на оригинальный препарат. Конфликт интересов предопределяет рост патентных споров в фарминдустрии. За 2018-2019 годы Суд по интеллектуальным правам рассмотрел почти в три раза больше таких дел, чем за предыдущие два года. Причем нередко разрешение этих споров требует проведения дорогостоящих экспертиз с привлечением специалистов в области патентоведения, химии, фармацевтики, экономики и т.д.

Читайте также:  Бостон-терьер (фото): кипучая энергия и искренняя преданность

Участниками таких дел стали выступать не только патентообладатели и производители дженериков, но и дистрибьюторы, и госорганы (Роспатент, минздрав, ФАС). В результате разбирательства приобретают масштаб комплексных судебных проектов, которые становятся похожи на корпоративные конфликты с характерными для них процессуальными стратегиями. Эти тенденции особенно четко могут быть продемонстрированы на примере конфликта производителя дженериков с целым рядом крупных международных компаний – разработчиков инновационных лекарств (Bayer, Novartis, Pfizer, BMS, Orion Pharma, Celgene, AstraZeneca, Boehringer Ingelheim). Эти компании начиная с 2017 года столкнулись с проблемой введения в оборот копий оригинальных препаратов, патентная защита которых еще не закончилась. В результате они были вынуждены подать иски о защите своих исключительных прав. Адвокаты нашего бюро принимали участие в судебных спорах, представляя интересы инноваторов.

Производитель дженериков, не оспаривая использование в своих препаратах чужих разработок, в качестве ключевого правового довода указывал на наличие у него собственного патента, который охраняет дженериковый продукт. При этом ответчик ссылался на п. 125 постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.04.2019 г. N 10 “О применении части четвертой Гражданского кодекса РФ”, согласно которому при наличии у истца и ответчика патентов на аналогичные изобретения иск не может быть удовлетворен до аннулирования патента ответчика.

В результате некоторые из предъявленных исков были удовлетворены в связи с тем, что судебные эксперты пришли к выводу, что патент истца и патент производителя дженерика не являются одинаковыми (дело Novartis), либо в связи с тем, что дженериковый патент был аннулирован Роспатентом (дело BMS). По нескольким делам были заключены мировые соглашения, по которым производитель дженерика обязался не вводить продукцию в оборот до истечения срока действия патента. В удовлетворении другой части исков было отказано. Суды признали, что производитель дженериков использует собственный патент. Впоследствии некоторые из этих решений были отменены Судом по интеллектуальным правам РФ, а дела отправлены на новое рассмотрение.

Вместе с тем даже победа в суде не гарантирует защиту прав инноваторов. Так, в одном из дел суд признал факт незаконного использования дженериковой компанией патента на оригинальный препарат и обязал ее не вводить свой продукт в гражданский оборот. Однако впоследствии ответчик передал регистрационное удостоверение на лекарство другой компании, которая снова вывела его на рынок. На этом примере становится очевидно, что реальная защита патентных прав должна обеспечиваться не только работой судебной системы, но и иными публично-правовыми механизмами (например, созданием реестра активных действующих веществ, охраняемых патентом).

Кроме того, с целью легализации бизнеса по производству дженериков и увеличения сроков извлечения прибыли от их реализации дженериковая компания предъявила к оригинаторам требования о предоставлении принудительной лицензии на использование их изобретений. Обоснованием послужил довод о том, что разработки производителя дженериков, которые он использует при производстве своих продуктов, представляют собой зависимые изобретения (не могут использоваться без одновременного использования изобретений инновационных компаний) и соответствуют двум предусмотренным ч. 2 ст. 1362 ГК РФ условиям предоставления принудительной лицензии: являются важными техническими достижениями и имеют существенные экономические преимущества.

Таким образом, выступая в роли ответчика, производитель дженериков заявляет, что его патент охраняет такое же изобретение, что и патент оригинатора. А в случае иска о принудительном лицензировании он ссылается на существенные отличия его разработок, якобы позволяющие говорить об их прорывном значении для всей фармотрасли.

Фактически компания – производитель дженериков утверждает, что смогла за короткий срок разработать около десятка изобретений, направленных на лечение рака. И они существенно превосходят по своему действию изобретения международных фармкомпаний, на разработку каждого из которых потрачены десятки лет и миллиарды долларов.

Однако эксперты в области патентоведения, химии, фармацевтики, фармакологии и медицины предполагают, что разработки производителя дженериков представляют собой лишь незначительные модификации, которые не оказывают никакого влияния на клинический эффект препаратов.

Условия предоставления принудительной лицензии по ч. 2 ст. 1362 ГК РФ носят предельно абстрактный характер. В любом случае представляется довольно сомнительным, что зависимое изобретение, используемое в дженериковом препарате, в принципе может представлять собой важное техническое достижение по сравнению с изобретениями, используемыми в оригиналах. В силу положений ФЗ “Об обращении лекарственных средств” регистрация препарата в качестве дженерика означает, что он имеет такой же качественный и количественный состав действующих веществ в такой же лекарственной форме, а также является биоэквивалентным или терапевтически эквивалентным по отношению к оригиналу. Иными словами, дженерик представляет собой копию, которая в лучшем случае повторяет действие оригинального препарата, но никак не его усовершенствованную версию.

Не менее сомнительным является суждение о разнице между предельными отпускными ценами на оригинальный препарат и дженерик как безусловном подтверждении существенных экономических преимуществ у используемого в дженерике зависимого изобретения. Эта разница является нормативно установленным показателем: по законодательству цена на дженерик в принципе не может превышать 80 процентов от цены оригинала. Такое регулирование ценообразования предопределяется особенностями фармрынка, ведь в отличие от инновационных компаний производители дженериков тратят минимальные средства на проведение ограниченных исследований биоэквивалентности или терапевтической эквивалентности своих продуктов оригинальным лекарствам, что и обуславливает их меньшую себестоимость.

Читайте также:  Белка прогнала оленя, который хотел отобрать у неё еду

Следовательно, разница в цене на оригинальный препарат и дженерик может быть никак не связана с экономической эффективностью используемых в дженерике изобретений. Поэтому при рассмотрении споров о предоставлении принудительной лицензии крайне важно отдельно исследовать вопрос о том, действительно ли использование зависимого изобретения может обеспечить наличие каких-либо экономических преимуществ у продукта (меньшую себестоимость, меньшую дозировку и т.д.).

К сожалению, пока российские суды руководствовались исключительно ценовым подходом, ориентируясь лишь на разницу между предельными отпускными ценами на оригинальный препарат и дженерик.

В результате в РФ впервые была выдана принудительная лицензия на производство дженерика, обоснованная наличием зависимого изобретения. Это решение не имеет прецедентов в мировой практике, прежде принудительные лицензии на фармпатенты выдавались лишь в связи со вспышками эпидемий, стихийными бедствиями, дефицитом оригинальных препаратов, а не в связи с наличием зависимых изобретений. То есть эти решения всегда принимались в интересах государства и общества, а не в коммерческих интересах конкретных производителей.

При таком подходе институт принудительной лицензии, изначально направленный на борьбу со злоупотреблениями в сфере патентных отношений, может превратиться в новую форму использования чужой интеллектуальной собственности, когда у правообладателя практически безвозмездно берется патент на изобретение, на разработку которого были потрачены годы исследований и огромные инвестиции.

Указанные факты можно считать доказательством снижения уровня защиты интеллектуальной собственности в РФ. В результате оригинаторымогут утратить мотивацию выводить на российский рынок новые разработки и инвестировать средства в локализацию производств. Это может привести к тяжелым последствиям как для пациентов, которые потеряют доступ к инновациям и будут вынуждены довольствоваться лишь копиями старых препаратов, так и для экономики в целом, которая недосчитается тысяч новых рабочих мест.

Очевидно, российскому правопорядку предстоит предпринять меры по обеспечению надлежащего уровня защиты интеллектуальной собственности, сформировав взвешенный подход к выдаче патентов на зависимые фармацевтические изобретения и толкованию условий предоставления принудительных лицензий для производства препаратов-копий.

Уже на протяжении нескольких лет федеральными органами исполнительной власти обсуждаются вопросы создания и функционирования специализированного реестра, в который будут вноситься данные об изобретениях, используемых в референтных лекарственных препаратах.

Одновременно рассматривается возможность выдачи регистрационных удостоверений на дженерики с отсрочкой начала их действия до момента окончания патентной защиты активных веществ, входящих в реестр. Также создание реестра обсуждается уже на уровне ЕАЭС, предполагается создание единого реестра с пятью национальными разделами.

По нашему мнению, совокупность предлагаемых мер по созданию реестра позволит существенно снизить риски нарушения патентных прав фармкомпаний на оригинальные препараты недобросовестными действиями производителей дженериков.

Владимир Шипков, исполнительный директор Ассоциации международных фармацевтических производителей (AIPM):

– Приходится лишь сожалеть, что в фармацевтической сфере наблюдается столь вандальное отношение к соблюдению прав интеллектуальной собственности. Совсем недавно Россия ратифицировала международную конвенцию “Медикрим” и, казалось бы, имеет разветвленную структуру контрольно-надзорных органов. Регулярно заседает соответствующая комиссия из высокопоставленных должностных лиц, выпускаются поручения правительства РФ, наконец, именно для борьбы с контрафактом настойчиво реализуется концепция маркировки лекарств и т.д. Тем не менее на этом фоне некоторые недобросовестные производители лекарств, иногда даже не имеющие собственных производственных мощностей, демонстративно и агрессивно используют грязные модели интеллектуального рейдерства и успешно реализуют свою, по сути, контрафактную продукцию преимущественно через систему государственных закупок. Этому должен быть положен конец. Ведь речь идет об имидже России, доверии бизнес-партнеров, инвестициях в экономику страны, готовности и дальше содействовать развитию отечественной фармпромышленности, осуществлять трансфер новых технологий и разработок. Международная индустрия имеет опыт регулирования аналогичных проблем в мире и готова энергично предлагать и находить оптимальные решения и в России.

Нильс Хессманн, генеральный директор компании “Байер”:

– Эффективная система защиты интеллектуальной собственности – одно из главных условий развития инновационной, конкурентоспособной и инвестиционно привлекательной фармацевтической промышленности. Именно такая индустрия будет способствовать решению национальных задач по увеличению численности населения и повышению средней продолжительности жизни.

Многолетний международный опыт показывает, что за счет прорывных технологий и эффективной защиты интеллектуальных прав страны могут выйти на качественно новый уровень в вопросах здравоохранения и развития фармацевтической промышленности, ее интеграции в международный рынок.

Вопрос защиты интеллектуальных прав в части инновационных лекарств остается нерешенным и вызывает серьезную обеспокоенность международных инвесторов в России уже не один год. Сегодня сохранение здоровья населения – одна из самых актуальных задач во многих странах, в том числе и в России. Чтобы максимально эффективно решать эту амбициозную задачу, участники рынка и регуляторы обязаны найти скорейшее решение проблемы защиты интеллектуальной собственности и сконцентрировать свои усилия на предоставлении качественной и своевременной медицинской помощи пациентам.

Никита Иванов, старший директор по корпоративным связям, доступу на рынок и коммуникациям компании Pfizer в регионе “Евразия и Прибалтика”:

– Мы поддерживаем стремление государства развивать инновационный бизнес, особенно в сфере здравоохранения. Однако нужно помнить о том, что защита интеллектуальных прав – это основа деятельности любой инновационной компании. В РФ есть возможность использовать изобретения без согласия патентообладателя в случаях, связанных с обеспечением безопасности страны и населения. Но стали появляться и прецеденты выдачи принудительных лицензий через суд по требованию производителя дженерика с зависимым патентом. Такое требование связано исключительно с получением коммерческой выгоды. Она заключается в том, что производителю не требуется инвестировать в разработки и исследования. Это может быть удобным способом обойти защиту интеллектуальных прав на оригинальный препарат до истечения срока патента. Если подобный механизм получит широкое распространение, то в долгосрочной перспективе это может привести к подмене самого понятия инновационности и негативно повлиять на развитие исследований и разработок в России. Как компания, которая за последние годы вывела на российский рынок 7 инновационных препаратов, Pfizer надеется на изменение подхода к защите прав интеллектуальной собственности в России.

Читайте также:  Беспородные кошки: описание, характер, советы по содержанию и уходу, фото

«Перебирать каждую тушу коровы тяжело»: сколько зарабатывает ветсанэксперт

На мясных и молочных производствах в Санкт-Петербурге

Героиня этого выпуска получила ветеринарное образование, но не стала работать в ветклинике, а ушла в лабораторные исследования и занялась ветеринарно-санитарной экспертизой. Начинала в лаборатории при рынке, потом бесплатно трудилась в НИИ, а после поработала на молочном заводе и мясокомбинате. Она рассказала, куда можно устроиться с дипломом ветеринарно-санитарного эксперта и какую работу предстоит делать.

Это история читателя из Сообщества Т⁠—⁠Ж. Редакция задала наводящие вопросы, бережно отредактировала и оформила по стандартам журнала.

Выбор профессии

Я хотела поступить на медицинский, но в школе в аттестатах нашего выпуска допустили какую-то ошибку, и администрация восстанавливала их всем выпускникам. Это заняло немного времени, но достаточно для того, чтобы прием во многие вузы закрылся. Мне пришлось поступать уже не туда, куда хотела, а туда, где был открыт прием. Я пошла в Санкт-Петербургскую государственную академию ветеринарной медицины, сейчас это университет — СПбГУВМ, на контракт. Если не ошибаюсь, учеба стоила на 2014 год 70 000 Р . После второго курса мне удалось перейти на бюджет, сдав экзамены на «хорошо» и «отлично».

Я выбирала между лечебным ветеринарным факультетом и ВСЭ — ветеринарно-санитарной экспертизой. Мне тогда хотелось чего-то не общепринятого и казалось, что экспертиза мне ближе, — по сути, там ты больше причастен к лабораторной работе.

В основном ветеринарное образование привлекает людей из-за помощи животным, у нас было много студентов, которые с детства хотели быть ветеринарами. ВСЭ, на мой взгляд, больше уходит в пищевую химию, если работать на мясных производствах вроде «Балтийского берега» или «Самсона», и микробиологию — на молочных заводах типа «Данон».

Почти все мои однокурсники были разочарованы в профессии: мол, она ничему не научила, работать в лаборатории на рынке за 20 000 Р никто не хочет, а ехать в какой-нибудь «Мираторг» в Новгород, «Одинцово» в Москву или «Черкизово» в Кемерово — тем более. Будто только там можно применить лабораторные знания.

Я получила первый опыт работы как раз в лаборатории на рынке, еще когда училась в вузе. На каждом рынке имеется лаборатория, которая подчиняется местному управлению ветеринарии, а не администрации рынка, как многие могут подумать. Счета за свет, воду и прочее они оплачивают администрации, а в остальном от нее не зависят. Там есть приемочная, отдельные столы для анализов разной продукции — мяса, молока, меда, фруктов, овощей, рыбы. Отдельная моечная, изолятор на случай карантинирования туш или проб, холодильники для туш. Работают там, как правило, заведующая и несколько лаборантов. Для работы используется специальное оборудование: микроскоп, лактан и редуктазник для молока, трихинеллоскоп и «Гастрос» для исследования на трихинеллез, автоклав, термостат, различные реактивы. Вся продукция, которая продается на рынке, проходит контроль в лаборатории. Я работала там примерно год, зарабатывала 20 000 Р . В таких лабораториях всегда платят копейки — 20 000—30 000 Р .

В лаборатории я впервые работала с тушами: ты ее должен принять и вскрыть, осмотреть голову, саму тушу, внутренние органы — например, проверить сердце на цистицеркоз у свиней и коров, отобрать 24 среза из ножек диафрагмы на трихинеллез у свиней и других всеядных, печень на фасциолез у коров. Поначалу противно трогать внутренности, которые стали наружностями, чувствовать запах крови и разных жидкостей организма некогда живого животного. Потом привыкаешь и становится даже интересно: понимаешь, как много еще не знаешь и как легко подхватить какую-нибудь болезнь.

Когда работаешь ветеринаром в клинике, чувствуешь ответственность перед животными за лечение. А в пищевой лаборатории отвечаешь перед людьми за качественно проведенный анализ их пищи. Например, паразиты рода трихинелла не боятся температур. А болезнь, которую они вызывают, — трихинеллез — может привести к инвалидности, и она живет до конца со своим хозяином, вылечить ее невозможно, только облегчить страдания.

Поэтому нужно очень тщательно подходить к анализу.

Я пару месяцев работала ассистентом ветеринарного врача — было интересно, но нужно уметь выносить неадекватных хозяев. Было очень много тех, кто приносит животное на усыпление из-за того , что оно надоело или ребенок с ним наигрался. Такие случаи просто поражают. А однажды к нам пришла мадам в шубе с беременной дорогой кошкой. Мы сказали, что на первичном УЗИ видим трех котят, но это еще не точно, так как срок ранний. Под конец срока мы видели двух котят. Один «котенок» исчез — это было персистентное желтое тело, которое появляется у самок во время беременности, помогает питать плод и исчезает под конец. Хозяйка собиралась подавать в суд за то, что мы украли ее котенка, которого она уже почти продала в семью.

Читайте также:  Благотворительная акция помощи животным из приютов

Рабочий день там был ненормированный. Нередко бывало, что, например, я работала до 20:00, а в 19:55 кто-то пришел, ведь не бросишь животное. Когда работала ночью, удавалось поспать между приемами, но обычно трясли и будили с восклицаниями: «У тебя пациент!» В общем, зарабатывала я там неплохо, но неадекватные хозяева и ненормированный график дали понять, что все-таки лабораторная работа мне ближе.

После мне удалось устроиться в НИИ ассистентом научного сотрудника. Я была в этом научном институте на экскурсии, а после подошла к женщине, которая показывала нам разные методы ПЦР, и спросила, могу ли я приходить после пар и бесплатно помогать. На тот момент у нее была на изучении болезнь лептоспироз — по ней мы и работали. Я писала обзоры на научные статьи, выполняла поручения, общалась с учеными, с которыми у нее был грант, — это были норвежцы. Потом мы изучали боррелиоз и исследовали клещей. Работа была крайне интересная, очень разнообразная и спокойная по сравнению с прошлой. Делаешь себе исследования, и никто тебя не тревожит. Молодежь, наверное, трудно загнать в науку из-за маленьких зарплат и больших требований. А мне нравилось этим заниматься на безвозмездной основе. Однако, когда окончила вуз, я решила искать, где можно монетизировать свои знания.

Подать в суд за побочные эффекты от прививок в США не получится

Investing.com — По закону об общественной подготовке и подготовке к чрезвычайным ситуациям (PREP) 2005 года фармацевтические компании вроде Pfizer (NYSE: PFE ) и Moderna (NASDAQ: MRNA ) обладают полным иммунитетом от судебной ответственности, если их вакцины непреднамеренно причинят вред. Таким образом, потерпевшим практически невозможно предъявить иск в случае причинения их здоровью ущерба, пишет CNBC.

Адвокат Рогге Данн из Далласа, занимающийся делами в сфере занятости, свидетельствует: «Очень редко когда принимается закон о полном иммунитете. Фармацевтические компании обычно не имеют достаточной защиты от ответственности перед законом».

Однако при этом он отмечает, что подать в суд на Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA) за выдачу компании разрешения на экстренное применение вакцины нельзя, также как не получится привлечь к ответственности работодателя, если он требует прививки в качестве условия работы.

Министр здравоохранения и социальных служб США Алекс Азар согласно закону PREP, должен обеспечивать юридическую защиту компаний, производящих или распространяющих важнейшие медицинские товары, такие как вакцины и лекарства, за исключением случаев «умышленного неправомерного поведения» компании до 2024 года.

Фактически это означает, что в течение еще 4 лет будет невозможно потребовать в суде денежной компенсации за вред здоровью, полученный в результате использованиям продуктов для лечения или защиты от коронавируса.

Между тем недоверие к вакцинам в американском обществе достаточное высокое: о своем нежелании прививаться говорят примерно 4 из 10 американцев, согласно недавнему опросу исследовательского центра Pew Research Center. Хотя это и меньше, чем было два месяца назад.

По мнению адвоката из Далласа, оно объясняется просто: Pfizer и BionTech создали свой препарат с «космической», по меркам всей фармотрасли, скоростью — всего за 8 месяцев — потому, что на них надавило правительство, а производители, скорее всего, в свою очередь, потребовали от него обеспечить им защиту от многомиллионных судебных исков.

Руководство компаний спешит заверить общественность, что «бояться нечего»: генеральный директор Pfizer Альберт Бурла отметил, что «эта вакцина была разработана без каких-либо ограничений и .. одобрена всеми властями мира».

Впрочем, закон PREP не только гарантирует судебный иммунитет фармкомпаниям, но и помогает снизить стоимость вакцинации.

«Правительство не хочет, чтобы люди подавали в суд на компании, производящие вакцину от COVID-19, потому что тогда производители, вероятно, потребовали бы от правительства более высокую цену в расчете на одного человека за дозу», — заявил адвокат Данн.

Если подать в суд на производителя лекарств нельзя, то на кого же тогда можно? На правительство? Ведь одобрение на применение препаратов дает оно, точнее, FDA. Оказывается, так сделать тоже нельзя.

«Нельзя подать в суд на FDA за одобрение или неодобрение лекарства, — сказала Дорит Рейсс, профессор колледжа права Гастингского университета Калифорнии. — Это часть его суверенного иммунитета».

FDA как правительственный орган обладает таким иммунитетом, который есть у государства.

Что касается еще одного положения — требования работодателя от сотрудника пройти вакцинацию, то и здесь закон на стороне компаний: требование пройти прививку — это правило в сфере охраны труда, и работодатели могут это сделать, хотя и есть несколько исключений, например, отказ сотрудника от вакцинации по медицинским показаниям или религиозным убеждениям.

Если ни одно из этих исключений не применимо, иски могут рассматриваться в рамках программы компенсации за травму на рабочем месте.

Читайте также:  Бешенство собак - как они могут заразиться, инкубационный период и симптомы, вакцина

Есть и другие возможности добиться компенсации: в соответствии с законом PREP была учреждена Программа компенсаций за причиненный ущерб (CICP) лицам, получившим ущерб от одной из защищаемых законом фармкомпаний. Эта малоизвестная программа существует уже десять лет. Созданный под ее эгидой фонд занимается только вакцинами, которые, вероятно, никогда бы и не понадобились в жизни, например, вакцины против сибирской язвы.

Теперь, если в суде будет выиграно хотя бы одно дело о компенсации вреда здоровью по программе CICP, программа предоставит до $50 тыс. в год в виде безвозмездной компенсации потерянной заработной платы и расходов на медицинское обслуживание. А в случае смертельного исхода пациента после использования вакцины от COVID-19 выплачивается пособие оставшимся членам семьи погибшего в размере $370 376.

Настораживает, правда, тот факт, что фонд CICP отклонил большинство требований о компенсации, поданных с момента начала программы 10 лет назад. Из 499 поданных исков CICP компенсировала только 29 исков на общую сумму более $6 млн.

На днях в США зафиксировали сильную аллергическую реакцию на вакцину от коронавируса компаний BioNTech (NASDAQ: BNTX ) и Pfizer (NYSE: PFE ). Еще раньше стало известно об аллергической реакции на вакцину английской компании AstraZeneсa.

— При подготовке использованы материалы CNBC

Эксперименты на животных: все осуждают, но никто не останавливается

На громкий скандал разразившийся в связи с жестокими экспериментами концерна Фольксваген на обезьянах наконец отреагировали и немецкие СМИ.

Эксперименты над животными, проводимые автоконцернами, бросают свет на отрасль, которая предпочитает осуществлять свою деятельность скрытно, передает немецкое издание Handelsblatt.

“Никакой вывески, вместо этого много видеокамер и несколько контрольных пунктов”, – так выглядит лаборатория Lovelace Labor в городе Альбукерке на юге США. “Это самый опасный район города”, – шутит Джейк Макдональд, главный исследователь лаборатории.

Лаборатории Института респираторных исследований Лавлейса (Lovelace Respiratory Research Institute, LRRI) являются центром экспериментов над животным. В секретных исследованиях для американской армии различные вещества тестируются на крысах, собаках и обезьянах. Лаборатории именно этого института немецкие автоконцерны поручили провести исследование влияния выхлопных газов на обезьян, вызвавшее ужас по всему миру, передает издание.

Министерство сельского хозяйства США за последние годы налагало несколько штрафов на компанию из-за жестокого обращения с животными. Здесь рассверливают головы собакам, чтобы ввести вирус прямо в мозг. Кошек держат в полностью забитых помещениях, говорится в статье.

“Исследования, которые поручила сделать немецкая автоиндустрия, привели в ужас даже тех ученых, которые принципиально не выступают против экспериментов над животными. Якобы исследования влияния выхлопных газов служили не медицинскому или экологическому прогрессу. Для Volkswagen речь шла исключительно о маркетинге такого якобы чистого дизельного двигателя”, – отмечают авторы публикации.

“Вокруг экспериментов образовалась сфера с миллиардными суммами – тяжело распознаваемая сеть заказчиков, частных и общественных лабораторий, селекционеров и поставщиков животных для опытов”, – утверждают журналисты издания. “Однако если рассмотреть сферу опытов над животными ближе, можно встретить и ненужные эксперименты в целях маркетинга или исследования продуктов, не имеющих ясной пользы”, – отмечают журналисты.

“Эксперименты над животными являются обязательными с научной точки зрения, и их требует законодательство”, – говорит Фридтьов Траулсен, руководитель по развитию компании Boehringer, второго по величине фармацевтического концерна в Германии.

Boehringer и другие фармацевтические компании используют тысячи животных в своих опытах: в одной только компании Roche, являющейся мировым лидером в исследованиях, каждый год в экспериментах используется 300 тыс. животных.

Сегодня большей частью речь идет об использовании в исследованиях генетически модифицированных мышей и крыс, на примере которых можно максимально точно имитировать человеческие заболевания, “встроив” животным определенный ген или, наоборот, “выключив” его. Также, во многих случаях, животным прививают человеческие опухолевые клетки, говорится в статье.

Самые крупные поставщики животных для экспериментов находятся в США, “ученые практически могут выбирать и заказывать животных для экспериментов, как в каталоге”, отмечают авторы публикации.

Насколько в действительности полезны проводимые эксперименты для разработки лекарств, является спорным вопросом. Так, по мнению организаций по защите животных, таких как Peta или Ärzte gegen Tierversuche (“Врачи против опытов над животными”), сложные болезни и способы лечения людей невозможно воспроизвести на примере животных.

За высокое количество проводимых экспериментов несет ответственность и потребность общества в безопасности. Так, проведение опытов над животными предписывается национальными регулирующими органами и стандартами Организации экономического сотрудничества и развития (OECD). В Германии медикаменты должны сначала исследоваться как минимум на двух видах животных, прежде чем они будут протестированы на людях, сообщается в статье.

Например, проверке перед продажей подвергается каждая партия ботокса – средства, с помощью которого тщеславные люди разглаживают морщины на своем лице. Швейцарский концерн Nestlé, являющийся одним из крупнейших поставщиков ботокса, попал в 2017 году в поле зрения защитников животных, так как одна из его дочерних компаний использовала в своих опытах миллионы мышей.

Частные компании, предлагающие услуги по проведению опытов над животными, тяжело поддаются проверке, они избегают общественности, в том числе, из-за того, что боятся атак защитников животных, отмечается в публикации. Так, в Германии известны только две подобные лаборатории: LPT Laboratory в Гамбурге и компания Covance в Мюнхене и Мюнстере. По оценке организации “Врачи против экспериментов над животными”, в лаборатории в Мюнстере ежегодно умерщвляется до 2 тыс. обезьян, при этом большей частью жертвами экспериментов становятся беременные обезьяны, которым вводят медикаменты и химикаты, передает издание.

Читайте также:  Cобаки попрошайки - фото вечно голодных

“В международном сравнении положения, регулирующие опыты над животными, являются в Германии и в Европе относительно строгими. Не так, как в Китае или Сингапуре: оба государства стали в последние годы любимым местоположением лабораторий, получающих заказы на проведение экспериментов. Открытой дискуссии о защите животных там нет – об опытах над животными и подавно”, – пишут журналисты. В Китае количество ежегодно проводимых опытов над животными составляет 16 млн – и страна, таким образом, занимает по этому показателю второе место в мире.

Однако большинство экспериментов над животными проводится в США, что связано с тем, что там особенно сильно развиты медицинские исследования. По оценкам, количество проводимых экспериментов составляет здесь 20-25 млн в год.

Проведение опытов в LRRI стоило немецкой автопромышленности 718 тыс. долларов. Как заявил в разговоре с Handelsblatt руководитель лаборатории Роберт Рубин, для института имеет большое значение гуманное и этическое обращение с животными. Однако на обезьянах в лаборатории исследовались и смертельные вирусы, и бактерии, например, вирус Эбола. К тому же важным заказчиком LRRI является министерство обороны США, сообщается в статье.

“Опыты над животными для нужд армии имеют долгую и бесславную традицию, которая достигла своего апогея в разгар холодной войны. Армия США в начале 80-х годов исследовала на обезьянах воздействие нейтронных бомб. В Советском Союзе заражали животных сибирской язвой, чтобы протестировать ее действие в качестве биологического оружия”, – сообщается в публикации.

Тем не менее, одна отрасль промышленности показывает, как целенаправленный поиск альтернатив может сделать опыты над животными излишними. ЕС постепенно ограничивал проведение опытов над животными в сфере косметики, и в 2013 году они были полностью запрещены. Запрет заставил ученых найти альтернативные методы исследований. Так, производитель Nivea – компания Beiersdorf – разработал новый способ проверки аллергенности различных веществ, при котором используются искусственно созданные кожа и клеточные культуры. Правда, подобные методы признаются не во всех странах. В США и Японии опыты над животными в сфере косметики по-прежнему возможны, если вообще не предписаны, говорится в статье.

“Альтернативным методам исследований тяжело пробиться на рынке”, – говорит Аксель Радлах Приз, декан берлинской университетской клиники “Шарите”. – Это связано также с поддержкой исследований. В инстанциях сидит много ученых из поколения, для которого опыты над животными являются естественными и которые требуют их проведения”.

Надежды возлагаются на современные технологии. Исследователи делают ставки на клеточные культуры, искусственно выращенные органы или компьютерные модели, с помощью которых можно будет предсказывать токсичное воздействие различных веществ. Однако в законодательно предписанных исследованиях новых лекарств новые технологии приживаются тяжело. Регулирующие органы по всему миру требуют все больше экспериментов над животными, подытоживают журналисты.

Кстати, по сведениям обнаруженным “НИ”, эксперименты на животных проводил не только Фольксваген, но и другие немецкие автогиганты – Даймлер и БМВ:

Американское издание Нью-Йорк Таймс утверждает, что оно располагает протоколом судебного заседания и правительственными документами. В них говорится, что Volkswagen, Daimler и BMW совместно финансировали исследовательскую организацию «Европейская исследовательская группа по окружающей среде и охране здоровья в транспортном секторе»

Вот как «The New York Times» описывает эксперимент (впечатлительным людям не рекомендуем читать нижеследующее):

Volkswagen взял на себя ведущую роль в исследовании. Инженеры компании контролировали установку беговой дорожки, которая позволяла бы автомобилям работать на роликах, в то время как оборудование высасывало выхлопные трубы из выхлопных труб. Затем газ разбавляли и подавали в камеры, содержащие обезьян. Чтобы успокоить животных в течение четырех часов, пока они вдыхали дым из выхлопных труб, работники лаборатории устроили для них телевизионный показ мультфильмов.

Обязательная вакцинация, отстранение от работы непривитых сотрудников: экспертная оценка современных методов борьбы с COVID-19

lightsource/ Depositphotos.com

Пандемия новой коронавирусной инфекции, которая уже более полутора лет существует во всем мире, постоянно подталкивает российские власти к поиску новых методов борьбы с ней. Временный локдаун, жесткий масочный режим, социальное дистанцирование, перевод части сотрудников на удаленный режим работы – эти и другие меры позволили держать эпидемиологическую ситуацию под контролем, но оказались недостаточными для полной победы над вирусом.

В настоящее время федеральные власти, эпидемиологи и инфекционисты видят в качестве единственного действенного метода борьбы с COVID-19 вакцинацию. Массовая вакцинация в нашей стране стартовала в декабре 2020 года, однако на данный момент ее уровень в России по сравнению с европейскими странами относительно невысок (по экспертным оценкам, 20% против 60% соответственно). Поэтому в топе тенденций последних месяцев – не только активная пропаганда антиковидных прививок, но и поиск новых механизмов стимулирования граждан к вакцинации – причем не только позитивных (например, введение программы “Миллион призов #ПобедимCOVIDВместе” для пожилых москвичей, которые до 1 июля за прививку могли получить подарочную карту на 1 тыс. призовых баллов или электронный сертификат с тем же номиналом, которые можно потратить на покупку товаров или оплату услуг), но и негативных. В числе последних – возможность отстранения от работы тех сотрудников, которые подлежат обязательной вакцинации, но отказываются от нее.

Читайте также:  Анфиса Чехова выбрала для собаки неожиданную кличку

Все важные документы и новости о коронавирусе COVID-19 – в ежедневной рассылке Подписаться

Правовым, медицинским и политическим аспектам этой и других антиковидных мер была посвящена пресс-конференция на тему: “Нет вакцины – нет зарплаты. Санкции для непривитых становятся неизбежны?”. В качестве экспертов выступили член Комитета Госдумы по бюджету и налогам Евгений Фёдоров, Президент Союза профсоюзов России Дмитрий Галочкин и Президент Союза адвокатов России Игорь Трунов.

Правовой аспект обязательной вакцинации и негативных последствий за отказ от нее в настоящее время является наиболее проблематичным. Несмотря на наличие в Федеральном законе от 17 сентября 1998 г. № 157-ФЗ “Об иммунопрофилактике инфекционных болезней” (далее – Закон № 157-ФЗ) прямой нормы, предусматривающей в числе негативных последствий отсутствия профилактических прививок отказ в приеме граждан на работы или отстранение граждан от работ, выполнение которых связано с высоким риском заболевания инфекционными болезнями (ч. 2 ст. 5 Закона № 157-ФЗ), существует ряд нерешенных противоречий. На некоторые из них обратил внимание Игорь Трунов. В первую очередь, у эксперта вызывает сомнение законность расширения главным государственным санитарным врачом региона перечня работников, подлежащих обязательной вакцинации.

  • больными инфекционными заболеваниями;
  • живыми культурами возбудителей инфекционных заболеваний;
  • кровью и биологическими жидкостями человека;
  • осуществлением образовательной деятельности;
  • убоем скота, больного инфекциями, общими для человека и животных, заготовкой и переработкой полученных от него мяса и мясопродуктов;
  • отловом и содержанием безнадзорных животных;
  • обслуживанием канализационных сооружений, оборудования и сетей и некоторые иные виды работ.

Именно к указанным видам работ применима норма об отказе в приеме на работу или отстранение от работы непривитых сотрудников.

Однако эксперт подчеркнул, что реализованное в региональных постановлениях право главных государственных санитарных врачей субъектов РФ принимать решения (п. 2 ст. 10 Закона № 157-ФЗ) о проведении профилактических прививок по эпидемическим показаниям – а профилактическая прививка против коронавирусной инфекции, вызываемой вирусом SARS-CoV-2, включена в Календарь профилактических прививок по эпидемическим показаниям – вышло далеко за пределы указанного правительственного перечня. Так, например, в Постановлении Главного государственного санитарного врача по г. Москве от 15 июня 2021 г. № 1 “О проведении профилактических прививок отдельным группам граждан по эпидемическим показаниям” речь идет об обязательной вакцинации против COVID-19 работников торговли, салонов красоты, сфер бытовых услуг, общественного питания, МФЦ, транспорта общего пользования, такси, соцзащиты и соцобслуживания, ЖКХ и т. д. В рассматриваемом контексте пересекаются с перечнем, утвержденным Правительством РФ, только работники сферы образования и частично – здравоохранения.

В связи с этим представитель адвокатуры указал не только на безосновательное расширение перечня работников, подлежащих обязательной вакцинации – ведь в числе полномочий региональных главных санитарных врачей нет полномочий по подмене Правительства РФ, по изменению или дополнению решений кабинета министров, но и на то, что перечень 1999 года является более профессиональным и проверенным временем.

Что касается недавнего Письма Роструда от 13 июля 2021 г. № 1811-ТЗ, в котором приводятся пояснения относительно возможности отстранения работников, подлежащих обязательной вакцинации, от работы на основании абз. 8 ч. 1 ст. 76 Трудового кодекса, то, по мнению адвоката, оно не только не носит нормативного характера, но и содержит противоречивые тезисы. Например, в одних пунктах говорится о праве работодателя отстранить отказавшегося от прививки сотрудника от работы без сохранения зарплаты (абз. 5 п. 1, п. 6 Письма), а в других – о его обязанности это сделать (п. 5, п. 8 Письма).

В целом Игорь Трунов видит два пути решения указанных проблем – расширение Правительством РФ перечня работ, выполнение которых требует обязательной вакцинации, либо корректировка решений главных санитарных врачей о введении обязательной вакцинации некоторых категорий работников.

Относительно увольнения с работы за отказ от вакцинации эксперт высказался однозначно – такое действие со стороны работодателя является незаконным, поскольку перечень закрепленных в ч. 1 ст. 77 ТК РФ оснований прекращения трудового договора не содержит такого основания, как увольнение в связи с отказом от профилактических прививок. “Основная работа должна вестись на уровне убеждения, а не отстранения и тем более – увольнения”, – подытожил он.

Признавая несовершенство правового обеспечения борьбы с пандемией, участники мероприятия полагают, что было бы более рационально принять федеральный акт, содержащий нормы о мерах борьбы с COVID-19, а не отдавать решение этих важных вопросов на региональный уровень. Так, Дмитрий Галочкин призывает переводить антиковидные решения на уровень актов Правительства РФ и Президента РФ, предусматривая при этом помимо “кнута” также “пряники”. А по мнению депутата Госдумы Евгения Фёдорова, законодательного акта более высокого уровня о введении жестких мер борьбы с пандемией нет, поскольку принимаемые меры не могут противоречить Конституции Российской Федерации, а в ней приоритет прав человека доминирует над общим благом общества, то есть персонифицированное доминирует над национальным. “Мы не можем ввести жесткие законы по борьбе за выживание российского народа и государства. Чтобы использовать более жесткие меры в рамках правового поля, нужно иметь правовую систему суверенного типа”, – подчеркнул он.

Читайте также:  Бобтейл курильский (фото): русская короткохвостная кошка

На политическом аспекте современных мер борьбы с новой коронавирусной инфекцией остановился депутат Госдумы Евгений Фёдоров. Он отметил, что главная проблема России состоит в незавершенности конституционной реформы, которая бы предоставила стране больший суверенитет в решении вопросов, связанных с антиковидными мерами. То есть, чтобы власти могли разрабатывать свою стратегию действий в случае серьезных эпидемий, а не руководствоваться теми методами, которые предписывает ВОЗ. Эксперт напомнил, что в советское время использовался метод карантина – когда выдавались продовольственные пайки по месту нахождения человека и на определенный период полностью прекращалось распространение эпидемии. Депутат уверен, что если бы в самом начале эпидемии Россия ввела хотя бы пограничный карантин (пересечение границы с обязательной двухнедельной самоизоляцией), то заболевание не достигло бы таких масштабов.

“Мы находимся в очень узком коридоре возможностей, вызванном особенностями нашей Конституции РФ и особенностями статуса российской структуры управления”, – подчеркнул эксперт, добавив, что слабая позиция РФ с точки зрения проведения своей политики является главной проблемой, требующей решения, потому что она касается не только эпидемии, но и экономики, социальной сферы, уровня жизни. “Надо менять принципы устройства страны, как и предлагал Президент РФ – деофшоризация, изменение принципов Банка России, национализация капитала, национализация судебной системы – на суверенные”, – заключил парламентарий.

С тезисом Евгения Фёдорова о том, что более точечно должна быть отработана система госуправления в области потребительских отраслей, с которыми соприкасаются массы людей, согласился и Дмитрий Галочкин. Он считает, что в действиях властей нужна последовательность, потому что “непредсказуемые действия со стороны власти порождают недоверие со стороны людей”. Отношение общества к вводимым мерам хорошо иллюстрирует пример с QR-кодами в Москве. “Есть недоверие к органам власти сначала в связи с введением QR-кодов, потом – их отменой. Многие в этой сфере считают себя обманутыми, потому что одни поддались призыву и пошли прививаться, другие этого не сделали, и через какое-то время QR-коды отменили”, – отметил эксперт, добавив, что многие из тех, кого введение QR-кодов стимулировало сделать прививку, не пойдут прививаться вторым компонентом вакцины.

Немаловажным здесь является и контроль за пропагандой, отлаженная информационная работа – управление этими процессами тоже требует повышенной эффективности. А в целом необходимы логичные и последовательные действия с подробным разъяснением для людей, уверен Президент Союза профсоюзов России.

Что касается медицинского аспекта, то эксперты единогласно признают важность вакцинации. Евгений Фёдоров считает, что нужно поднять уровень вакцинации до европейских показателей. “Это вопрос национальной безопасности. Общественный здравый смысл должен быть”, – заключил эксперт. Но необходима разумная политика без избыточных требований – возможно, не всех работников необходимо подвергать обязательному медицинскому контролю, включая вакцинацию, а только часть из них, которая непосредственно работает с людьми.

“Я считаю, что эпидемия надолго – пока мы не найдем метод защиты нашего народа, то есть введение карантина или поднятие уровня вакцинации, чтобы он сработал как механизм обеспечения безопасности народа и государства”, – подытожил парламентарий. При этом права на вакцинацию должны быть реализованы на 100%, а если возникает ситуация с нехваткой вакцины, из-за которой работник не успевает к назначенному сроку привиться, то вопрос безопасности услуги, оказываемой таким работником, должен быть выше вопроса трудовых прав работника.

В свою очередь, Игорь Трунов предложил организовать горячую линию, где бы врачи-эпидемиологи, инфекционисты давали профессиональные ответы гражданам по вакцинации. Это предотвратит ситуацию, когда врачи, не являющиеся специалистами в области вакцинации, дают непрофессиональные комментарии по поводу прививок или критикуют своих коллег-медиков. “Такие советы в рамках этического поведения должны наказываться”, – считает эксперт. Между тем, профессиональные врачи тоже должны нести ответственность за распространение сведений, не соответствующих действительности. Но в целом медицинская информация, касающаяся вируса, вакцин и т. д. должна быть общедоступной. Кроме того, он призвал использовать опыт прошлых лет – например, посмотреть действовавший в дореволюционный период карантинный кодекс, в котором имеются ответы на многие вопросы, накопившиеся в том числе и за период текущей пандемии.

В ходе конференции Дмитрий Галочкин обратил внимание на неразумность призывов к отказу от вакцинации и призвал подумать над мерами борьбы с такими призывами. А Евгений Фёдоров сравнил призывы к отказу от вакцинации против COVID-19 с призывами к суициду. “Наряду с запретом пропаганды курения и алкоголя должен быть запрет пропаганды против своего здоровья, включая прививочную кампанию”, – заметил депутат.

Что касается вакцинации детей, то здесь мнения экспертов едины – дети должны будут делать соответствующую прививку, иначе они могут быть ограничены в возможности зачисления в образовательные учреждения. Евгений Фёдоров напомнил, что с самого рождения детям делают прививки – против вирусного гепатита В, туберкулеза, пневмококковой инфекции, дифтерии, коклюша, столбняка и т. д. “По 15 вакцин у каждого человека, который сейчас живет в нашем государстве. И если человек отказывается от 16-ой, это не здравый смысл, это пропаганда”, – уверен он.

Читайте также:  Английская овчарка: характеристики вида, правила содержания и прочие аспекты + фото

Стоит признать, что федеральные власти знают об обсуждаемых на мероприятии проблемах и пытаются предпринимать шаги по их решению. В частности, на сегодняшнем заседании президиума Координационного совета при Правительстве РФ по борьбе с распространением новой коронавирусной инфекции на территории РФ премьер-министр Михаил Мишустин отметил, что ситуация с коронавирусом по-прежнему остается напряженной. Он признал, что на сегодняшний день самым эффективным способом защиты от COVID-19 остается вакцинация. И несмотря на то что в целом по стране за последнее время ее темпы выросли почти вдвое, ситуация по регионам различается. “Очень важно рассказывать людям о необходимости сделать прививку, о том, какие препараты есть в наличии, отвечать на интересующие вопросы, чтобы у них не оставалось сомнений”, – подчеркнул Председатель Правительства РФ.

Тайное расследование PETA в лаборатории PLRS, проводящей опыты над животными

В Северной Каролине (США) четырем сотрудникам (в том числе и руководителю) лаборатории PLRS (Professional Laboratory Research Services) было предъявлено обвинение по 14 пунктам за жестокость по отношению к животным.

Этот случай стал первым в истории США, когда лабораторные работники обвиняются в преступлении за жестокое и пренебрежительное обращение с лабораторными животными.
А также является вторым уголовного делом по факту жестокого обращению с животными, используемыми в экспериментах.

Мэри Рэмси (Mary Ramsey) и Джессика Детти (Jessica Detty) обвиняются по 5 пунктам, Кристина Климент (Christine Clement) и Трэйси Смолл (Tracy Small) – по двум.

В течение 9 месяцев тайный сотрудник PETA работал внутри грязных и невыносимо шумных питомниках PLRS. Расположенная в труднодоступных сельских районах Северной Каролины, PLRS получала деньги от крупных фармацевтических компаний, чтобы проверить различные химические вещества и компоненты, используемые в товарах для животных.

Компании Bayer, Eli Lilly, Novartis, Schering-Plough (Merck), Sergeant’s, Wellmark, Merial, а также производитель средств от блох и клещей Frontline платили PLRS, чтобы они насильственно кормили экспериментальными образцами собак и кошек, а также смазывали их кожу химическими веществами.

Во время этого расследования сотрудник PETA обнаружил, что тесты на токсичность были только частью того, что животные пережили. Сотрудники лаборатории не заботились о животных, они кричали и ругались на испуганных собак и кошек, обливали водой под напором со шлангов, силой тащили собак, которые были слишком напуганы.

Видео показывает, как кошек за шиворот вытаскивают из клеток, кричат на них. Когда один кот когтями испуганно схватился за клетку, работник дернул его, надеясь, что когти будут вырваны.

Собаки проводят годы в клетках, либо многократно используются в опытах или могут быть заражены червями для будущего исследования.

У многих собак были язвы от того, что они вынуждены жить на постоянно мокром бетоне, часто в лужах собственной мочи и отходов. Рабочие даже не вынимают собак из клеток, когда разбрызгивают со шлангов дезинфицирующие средства и мыло при уборке, подвергая уже болезненные язвы резкому раздражению от химических веществ.

PLRS не стала держать ветеринара в своем штате сотрудников. Вместо этого она пригласила ветеринара на первичный осмотр, который длился 1 час. После этого обнаружилось, что у животных был кровавый кал, сочащиеся раны, гематомы, инфекции, они не получали адекватного ветеринарного обследования и лечения. Иногда ими занимались работники, не имеющие полномочий или ветеринарного обучения.

Позже одной собаке сделали укол анестезии, срок действия которого истек (и, вероятно, вещества ввели слишком мало), работник вырвал один из зубов животного плоскогубцами. Собака дрожала и дергалась в очевидной боли, но работник продолжал эту процедуру, несмотря на очевидную реакцию собаки.

Собаки намеренно подвергались различным инфекциям для тестов, но условия содержания были настолько плохими, что собаки, которые не должны были быть частью исследования, также стали заражаться, и затем становились неизлечимыми.

В одном тесте по заказу одной из компаний, продукция которой продается в продуктовых магазинах и аптеках по всей стране, химический образец нанесли на шею 57 кошкам. У кошек сразу начались припадки с пеной у рта, они стали терять зрение, пошла кровь из носа. Несмотря на это, вещество было применено во второй раз в тот же день.

Чтобы сократить расходы, PLRS убили почти 100 кошек, кроликов и собак. Компания решила, что несколько ежедневных порций пищи будут слишком дорогими для них.

Федеральный надзор за такими объектами как PLRS практически не существует.

Спустя неделю после того как PETA опубликовала результаты своего шокирующего расследования в PLRS и подала жалобу в министерство сельского хозяйства США, в результате которого против PLRS выдвинуты десятки нарушений федерального законодательства о животных – PLRS в Северной Каролине освободила 200 собак и более 50 кошек и закрыла свои двери.

Это вторая монументальная победа в истории США, когда лаборатория была вынуждена сдать животных и закрыться под давлением PETA и её расследования, а также официального расследования министерства сельского хозяйства США.

Ссылка на основную публикацию